КЛЮЧИ К ВООБРАЖЕНИЮ,

или Зачем нужно читать

 

В наше время появилось столько всего нового, что глаза разбегаются в буквальном смысле этого слова. На выбор и фильмы с потрясающими эффектами, и великолепная трёхмерная анимация, и захватывающие компьютерные игры... Как бледно смотрятся на этом фоне старые добрые книги. Как скучно, наверное, их читать.

Но это впечатление обманчиво. Читать книги необходимо, потому что они развивают воображение. Когда мы смотрим фильм, то невольно становимся заложниками его создателей. Они уже всё придумали за нас: как выглядят герои, во что они одеты, в какой обстановке действуют. Мы ничего уже не в силах изменить и тупо таращимся на экран. Наши мозги не работают, а только следят за мельтешением кадров. Но главное, чахнет воображение.

Другое дело, если мы читаем. Слово само по себе – набор букв. Но когда мы видим его на бумаге или произносим вслух, то происходит чудо. Слово “оживает” в сознании и превращается в образ. Насколько интересным он окажется, зависит от воображения. Самое удивительное, что возникший образ – исконно наш, родной. Другого такого (или даже похожего) ни у кого нет!

Допустим, мы читаем слово “КЛЮЧ”. У многих в сознании, скорее всего, возникнет небольшой металлический стержень для открывания двери. А музыкант наверняка обратит внимание на знак в начале нотной строки: какой там указан ключ – скрипичный или басовый? Разведчик грустно вздохнёт: “Так и не удалось мне найти ключ к шифру”. Усталый же путник представит родник с ключевой водой. В общем, у всех жизнь, как говорится, “бьёт ключом”.

Вот сколько образов способно создать слово из четырёх букв. Причём все эти образы будут уникальны. Даже ключ от квартиры в представлении каждого из нас возникнет особенный. Если же мы увидим картинку, то ничего воображать не понадобится – и так всё понятно. Как скучно! Недаром столь часто вспоминают библейское изречение: “В начале было слово...”

Нередко полагают, что воображение и фантазия – почти одно и то же. Но это не так. Фантазия нужна для придумывания. Без неё автор не может сочинить историю. Например, он пишет: “Вечерело. Вода в пруду стала совсем чёрной. И было слышно, как в ней что-то булькало”. Читая эти фразы, каждый из нас представит именно свой пруд. И заодно вечерние краски неба. А что уж булькает в воде – ну, тут полный простор для воображения!

Такова связь: чтобы “оживить” фантазию автора, необходимо воображение читателя. И мы уже невольно создали кусочек мира, не похожий ни на какой другой. А что на свете может быть более захватывающим, чем создание собственных миров?

Вот почему полезно и важно читать. Мы будто бы подбираем ключи к нашему воображению. А без него в жизни – никуда! Без него всё станет пресным и плоским. Воображение пригодится всем: и конструктору, и банкиру, и сантехнику... И никакие трёхмерные анимации его не заменят. В общем, скорее открывайте книгу!

 

А какую именно книгу лучше открыть?

Об этом мы поговорим в следующий раз...

 

Тим СОБАКИН

 

 

 

БЕЗ БОТИНКА

 

Шёл по улице прохожий.

Был он ростом невысок.

На одной ноге – ботинок,

на другой ноге – носок.

 

«Это, видимо, учёный, -

каждый вслед ему глядел, -

который так задумался

                   над научной проблемой,

что ботинок не надел».

 

А прохожий шёл угрюмо,

у него носок промок.

Это был Семён Семёныч –

знатный, кстати, педагог.

 

У него сегодня дома

разыгрался жаркий бой:

поругались два ботинка

из-за щётки обувной.

 

И в конце концов решили:

жить отныне –

только врозь!

И хозяину ботинки

помирить не удалось.

 

Так и шёл Семён Семёныч,

хоть и был он педагог…

На одной ноге – ботинок,

на другой ноге –

                   совсем ботинка не было.

 

Тим СОБАКИН

 

                                          Музыка речи

 

В прошлый раз мы остановились на вопросе:

А какую именно книгу лучше открыть?

Отвечаю коротко: поэтическую!

Я не идеалист и прекрасно знаю, что дети не слишком любят стихи. Из сотни школьников вряд ли найдётся десяток, которые читают поэзию не потому, «что им задали» или «нужно выучить». Выступая перед детской аудиторией, я нередко спрашиваю: «Вы любите стихи?» Дружный хор голосов: «Да-а-а!..» «А если честно?» Поднимается лишь несколько рук.

Я и сам не раз думал: зачем писать стихи для детей, которые им, в общем-то, не нужны? Но тут уж ничего поделать с собой не могу. Впрочем, как и любой поэт. Тянет!.. Иногда тоже брожу с отрешённым взором, бормоча под нос рифмы. Хорошо, случается такое крайне редко.

Дело вот в чём. Детям необходимо чувствовать родной язык, чтобы они не выражались так, как это порой делают чиновники. Я однажды слышал по телевизору, как господин полицейский заявил: «Мною был осуществлён выезд на место происшествия». Вероятно, он полагал, что такая громоздкая фраза придаст особую значимость и ему, и его выезду, и заодно месту происшествия. Не хотелось бы, чтобы будущее поколение выражалось столь же витиевато.

Детям нужны стихи! Чтобы они чувствовали музыку русской речи. Когда засыпают, слушая колыбельную мамы; когда приходят в школу на первые уроки; когда потом у них возникают душевные переживания… Как тут обойтись без поэзии? Пускай признаются родители: многие же сочиняли наивные строчки в детские годы!

В разное время я тоже пытался писать стихи на английском, немецком, литовском, норвежском и даже на искусственном языке эсперанто. И понял, что русский язык идеален для поэзии. И всё благодаря своей удивительной свободе.

Во-первых, это свободное ударение в словах, которое может падать на любой слог. Оттого в русских стихах такое разнообразие окончаний для рифмы. Например:

головА (на последний слог – мужская рифма);

малИна (на предпоследний слог – женская рифма);

лЕстница (на третий слог с конца – дактилическая рифма).

И это очень здОрово! А то и здорОво. И даже здоровО... Ведь не каждый язык может похвастаться таким богатством. Ударения во французских словах всегда падает на последний слог, в польских – на предпоследний, в финских – на первый. Скукотища!..

Во-вторых: в русском языке абсолютно свободный порядок слов в предложении. И настолько свободный, что мы иной раз не понимаем друг друга. Зато стихи можно писать как душа пожелает! И никакой синтаксис (это весьма сложная область науки о языке) нашему поэту не помеха.

И теперь, в-третьих, всем известна фраза: «какой русский не любит быстрой езды». А я б ещё добавил: «какой русский не любит зарифмовать пару-другую строчек». Вспомните: ведь почти ни один день рождение, ни праздник, ни прочее торжество не обходится без декламации чего-нибудь зарифмованного. Да и реклама наша часто тяготеет к рифмам: «Если изжога достала, примите таблетку… ну, сами знаете чего».

Заметили, что я не использовал слова «Поэзия»? Потому что это всё рифмоплётство. Но какое счастье, что Россия всегда была богата настоящими поэтами! Вот и великий Пушкин писал:

О чем, прозаик, ты хлопочешь?

Давай мне мысль какую хочешь:

Ее с конца я завострю,

Летучей рифмой оперю,

Взложу на тетиву тугую,

Послушный лук согну в дугу,

А там пошлю наудалую,

И горе нашему врагу!

Ах, когда бы дети с колыбели впитывали музыку речи, она наверняка сохранилась бы в их сознании. И, быть может, через три-четыре поколения воплотилась бы и в жизни? Но пока с детства им приходится барахтаться в современной языковой жиже, впитывая чуть ли не с молоком матери всякое нечленораздельное мычание.

Печально, господа родители.

Тим СОБАКИН

Печать
rudnevphotos.ru vulkan автоматы аппараты.